Эта инсталляция — метафора декоративности бытия: фанера выступает как материал-симулякр.
Она имитирует форму, но лишает объекты их функций. Это «фанерные декорации» жизни, которые внезапно осознали свою плоскостность.
Работа исследует феномен «выпадения» из привычной ткани реальности. Палатка и белье — архетипы мягкости, гибкости и временного пристанища. Переводя их в жесткую, подчеркнуто двухмерную текстуру фанеры, инсталляция фиксирует момент, когда объект перестает быть вещью и становится иконкой.
Нарушая функциональную среду города, инсталляция выходит за рамки через материальный парадокс. Мы привыкли, что мир вокруг «прогружен» до конца: ткань гнется, палатка дышит. Фанерные объекты — это «битые пиксели» реальности. Они выглядят как эскиз, который забыли раскрасить и наделить объемом, но который уже претендует на место в пространстве.
Размещая здесь фанерный быт, я создаю ситуацию, где привычная текстура жизни истончается, обнажая свою конструкционную основу. Палатка, собранная из жестких щитов, и плоские силуэты одежды — это материализация «черновика» реальности. В текущем дискурсе эта работа интерпретируется как сбой рендеринга. В мире, перенасыщенном тактильными ощущениями и избыточным комфортом, такой «Статичный кочевник» предлагает столкнуться с предельной честностью материала.
Фанера не скрывает своих слоев — она и есть слой. Вещи на веревке не сохнут — они экспонируют свою плоскостность. Это выход за пределы поля игры, где объекты обязаны быть полезными. Здесь они просто занимают координаты, превращая крышу в интерфейс, где реальные объекты заменены их фанерными пресетами. Памятник временности, который стал слишком жестким, чтобы его можно было сложить и унести с собой.
Название работы подчёркивает свойство фанеры, которая всегда имеет нечётное количество слоёв. Они склеиваются поочерёдно вдоль и поперёк, а крайние слои всегда должны совпадать, чтобы лист не деформировался.
Инсталляция представлена в рамках III Болотной Биеннале самоорганизации BOLOTO
